Дом Вход Поиск
Аналитика
Курсы
Рынок
Экспорт
Индикаторы
Прогнозы
Forex

4 мая 2008: Паевые потери

Никогда еще начало года не начиналось для управляющих компаний со столь мощного чистого оттока денег, как сейчас. В 2005 году, например, отток исчислялся всего несколькими миллионами рублей, что для рынка ПИФов является мизерной суммой. В последние же два года вообще наблюдался колоссальный приток средств. В январе — апреле 2006 года он составил больше 15 млрд, а годом позже — около 13,5 млрд рублей. Правда, стоит напомнить, что вторая половина прошлого года уже оказалась для рынка коллективных инвестиций огорчительной. С сентября до конца года пайщики забрали больше 10 млрд рублей. Однако в январе ситуация, казалось, выправилась: чистый приток средств от инвесторов, по данным Национальной лиги управляющих, в том месяце составил больше 5 млрд. Но это оказалось последним на сегодняшний день успехом рынка. С февраля по апрель включительно инвесторы забрали из фондов денег на 1,5 млрд больше, чем принесли в январе. За один только апрель, по данным ресурса investfunds.ru, из ПИФов было выведено около 3,9 млрд рублей (см. график). Основная причина нынешнего бегства пайщиков кроется в том, что на российском рынке ПИФов поведение инвесторов напрямую зависит от ситуации на рынке ценных бумаг. Видя в последние месяцы падение фондового рынка, граждане поспешили начать выводить деньги из ПИФов. По словам специалистов, одни предпочли зафиксировать прибыли за предыдущие годы, а другие просто побоялись потерять еще больше. "Разговоры в СМИ о наступлении рецессии в США не могли не насторожить пайщиков. Плюс к этому действовал традиционный закон жанра инвестиций, когда капитал выходит из стагнирующего актива. А наши ПИФы, напомню, не смогли с начала года показать позитивной динамики", — говорит замначальника аналитического управления ИГ "АнтантаПиоглобал" Александр Потавин. Еще одна причина рекордного оттока средств из ПИФов, по словам управляющих, в том, что многие пайщики привыкли использовать паи в качестве спекулятивных инструментов. Такие инвесторы, по оценке заместителя генерального директора "ВТБ Управление активами" Арена Апикяна, не подготовлены к рискам и не планируют вкладывать средства на длительное время, поэтому они были не готовы пережидать возможные колебания рынка. Они попросту разочаровались в ПИФах, которые объективно теперь не могут приносить прибыль 50-60% в год, и вывели из них свои средства. Отсутствие свободных средств вынуждает управляющие компании продавать часть портфеля фондов, чтобы удовлетворить требования пайщиков. Естественно, в первую очередь продаются наиболее ликвидные бумаги, что в свою очередь может негативно повлиять на качество портфеля и, следовательно, на доходность фондов. А это может оттолкнуть от ПИФов оставшихся пайщиков. Но управляющие надеются, что новых масштабных потерь не будет. По их словам, наиболее активная часть пайщиков, которая предпочитает самостоятельно проводить анализ текущей рыночной ситуации, уже среагировала на ее негатив (продажей своих паев). "Подавляющее же большинство пайщиков — люди, которые предпочитают доверять мнению профессиональных управляющих. Ждать, что эта часть инвесторов будет активно совершать вывод средств из фондов в ближайшее время, я думаю, не стоит", — говорит Александр Потавин. "Более того, уже сейчас появились продвинутые инвесторы, которые на нынешних уровнях начинают покупать паи", — говорит Арен Апикян. Однако и серьезного притока денег на рынке коллективных инвестиций ждать в ближайшее время не стоит. Для возвращения денег нужно, чтобы появились очевидные данные, что кризис на рынке капитала миновал, а в экономиках развитых стран снова появились предпосылки к росту. Так что, возможно, процесс массового возращения денег в ПИФы начнется не раньше 2009 года.

О том, что подразумевает термин "финансовое мошенничество", многие россияне знают не понаслышке. На ум сразу приходят всевозможные конторы типа "МММ", "Властилины" и прочие, в избытке расплодившиеся в начале 90-х годов. Их идея — "мы сидим, а денежки идут" — стала поистине национальной, потеснив в уме обывателя скоропостижно отринутый Кодекс строителя коммунизма. Неудивительно, что стремительный взлет обернулся крахом, лишив многих мечтателей о лучшей жизни последних сбережений. Казалось бы, сегодня все изменилось: ПИФами, банками, инвестфондами никого не удивишь, а о том, что, подписывая кредитный договор, нужно десять раз прочесть надписи мелким шрифтом знают даже малые дети. Тем не менее мошенники тоже не сидят на месте: они следуют за развитием общества, улавливая его чаяния и надежды. Что ж, знатоки десятков "сравнительно честных способов отъема денег" не переведутся, пока живо человечество. И песенка лисы Алисы о том, что "Покуда есть на свете дураки, / Обманом жить нам, стало быть, с руки", останется актуальной и впредь. Наша задача — научиться распознавать мошенника и понимать, кому можно доверить кровно заработанное, а кому не стоит. В последнее время этим озаботились и те, кто привык играть по правилам. По мнению участников состоявшегося в пятницу круглого стола "Мошенничество на финансовых рынках", действия любителей легкой наживы наносят им серьезный ущерб. Прежде всего, они являются пятном на репутации всех, кто предоставляет финансовые услуги, снижая кредит доверия граждан, не забывших еще упомянутые "МММ" и многочисленные кризисы. В России только начинают понимать важность борьбы с финансовыми мошенниками. Поэтому путь предстоит долгий. Даже европейские "умельцы", казалось бы, впитавшие нормы финансового этикета с молоком матери, все равно умудряются находить лазейки. Так, в Великобритании только страховое мошенничество составляет 1,4% годового ВВП страны (15,8 млрд долл.). Это преступление является самым выгодным по соотношению рисков с возможными доходами, утверждают недобросовестные англичане. Но у них, что называется, "горе от ума", то есть, умения финансово подкованных граждан искать дыры в, казалось бы, совершенном законодательстве. В России же финансовая грамотность населения настолько далека от идеальной, что жертвами чаще становятся не банки и инвесткомпании, а простые граждане. Взять, к примеру, самый привычный нам поступок — оплату мобильного телефона через платежный терминал. По словам генерального директора Московского банковского союза (МБС) Николая Редько, эта несложная операция чревата для нас неограниченными рисками, поскольку наши деньги в данном случае ничем не защищены. Ведь в данном случае мы отдаем их посредникам, минуя банки. Если последние имеют лицензии и вынуждены соответствовать определенным требованиям, то внебанковская агентская схема ничего подобного не предполагает. 75% рынка оплаты услуг сотовой связи сегодня в руках трех агентов первой очереди, к которым платежи стекаются от более мелких структур. Низовые агенты, как правило, не используют кассовых аппаратов, то есть их оборот проконтролировать невозможно. По законодательству, комиссия за посредничество должна учитываться в доходах операторов связи, однако на деле эти деньги остаются у агентов, говорит Н.Редько. Нет у них и нотариальной доверенности от операторов, которая в таких случаях предусматривается Гражданским кодексом. В результате наличные идут не на счет поставщика, а проходят через нескольких агентов, в реальности никак не связанных с провайдером. Никаких документов, подтверждающих эту связь, большинство из них предоставить не могут, утверждает глава МБС. В результате рынок криминализируется: деньги проходят через черный рынок обналички, с которым давно и не очень успешно борются правоохранительные органы. По оценке Н.Редько, объемы рынка постоянно растут. Люди, находящиеся в постоянном цейтноте, только рады возможности "кинуть на телефон" пару сотен рублей через первый подходящий терминал вместо того, чтобы высиживать очереди в банках. Сегодня только на оплату сотовой связи приходится 27 млрд руб. в месяц, из этой суммы 90% проходит отнюдь не через банк. Перспективы еще более заманчивы: постепенно небанковские схемы захватывают рынок платежей по кредитам. Объем оборота здесь уже сегодня в четыре раза превышает оборот платежей на рынке сотовой связи. А при том буме кредитования, что охватил сегодня Россию, он будет только расти. Сегодня подобным образом можно оплатить и коммунальные услуги, однако пока это не нашло особого распространения. Но, как говорится, все течет, все изменяется. В конце прошлого года власти предприняли было попытку упорядочить агентскую деятельность. Агентам предписывалось заключить договор с банками и заменить терминал на настоящий "мини-офис" с операционистом. Однако, владельцы платежных терминалов, заявив, что это погубит агентскую модель и удорожит их услуги, добились смягчения требований. Сегодня за рынком вовсе никто не следит. Более 100 тыс. точек приема платежей действуют по всей стране. Вроде бы, удобно, однако рисков никто не отменял. Альтернативные же способы оплаты — управление банковским счетом через интернет, продажа низкономинальных карт сотовых провайдеров или кредитная схема, когда деньги за телефон снимаются с клиента в определенный день месяца — у нас пока не распространены. Что ж, отказаться от удобства трудно. Очевидно, что, невзирая на призывы банковского сообщества относиться к платежным терминалом с осторожностью, в ближайшее время заката их бизнеса не предвидится. В конце концов, пара сотен рублей — не такой уж и риск. Совсем другое дело — когда речь идет о банковских вкладах. Здесь на кону могут стоять миллиарды рублей. Да хоть и несколько десятков тысяч — для кого-то эти деньги могут быть последними, а, значит, потерять их не хочется. В своем выступлении директор департамента организации страхования вкладов Агентства по страхованию вкладов (АСВ) Алексей Абрамов напомнил, что сейчас страхуются вклады в банки, входящие в эту систему. Максимальная сумма вклада, которая, в случае чего, будет компенсирована — 400 тыс. руб. Если денег больше, А.Абрамов рекомендует "разложить яйца в разные корзины" и завести вклады в нескольких банках. В противном случае деньги придется "выбивать" через суд, а это долго, хлопотно и не наверняка. Случаи, между тем, бывают разные. С конца 2003 года, когда начала действовать система страхования вкладов, были зафиксированы 29 случаев отзыва лицензии. Общая сумма выплат пострадавшим составила 600 млн руб. Уже через две недели после принятия решения о том, что случай является страховым, деньги могут получить все вкладчики. Однако нужно помнить, что застрахованными являются только вклады в банках, входящих в систему. ПИФы, кредитные кооперативы, страховые компании сюда не попадают. И уж тем более не застрахованы вклады в финансовых пирамидах вроде бизнес-проекта "Рубин" в Санкт-Петербурге. Его жертвами стали десятки тысяч граждан, польстившихся на рекламу, обещавшую ставки до 60% годовых. Разумеется, ни о каких лицензиях на привлечение средств граждан в этой мошеннической структуре и речи не шло. В "черный список", составленный петербургскими властями, попало еще не менее шести подобных структур, то же самое происходит в целом ряде других городов России. В этой связи А.Абрамов призвал не верить "лжебанкирам", обещающим высокие доходы по вышеупомянутому принципу Лени Голубкова. "Кому нужно привлекать ваши деньги под 60% годовых, если в любом банке их можно получить под 18-20%?" — резонно вопрошает он. Не стоит забывать, что подобные структуры нередко мимикрируют под банки. В частности, используют специальную терминологию, а на стене современного офиса с вышколенными сотрудниками в рамочке висит убедительно сделанная "лицензия". Поэтому, если вам предлагают выгодно вложить деньги, не поленитесь зайти на сайт АСВ и проверить, входит ли в его систему данная структура. Если есть — милости просим. Если нет — не уподобляйтесь вкладчикам МММ, финансовую безграмотность которых хотя бы можно списать на смутные времена. По словам генерального директора НФ "Центр инвестиционного просвещения" Светланы Бик, ее фонд занимается, в частности, выплатой компенсаций жертвам пирамид начала 90-х. Пока охвачены лишь Москва и Московская область, но даже в этом регионе числятся 450 компаний-обманщиков. Сегодня в качестве компенсации можно получить от 10 до 50 тыс. руб. Немного для тех, кто в свое время вложил в пирамиды целое состояние. Но, как говорится, впредь будет наука. Наталья БОКАРЕВА

На самом деле, говорит директор департамента элитной недвижимости компании Knight Frank Екатерина Тейн, уже в сентябре прошлого года стало ясно, что мировую экономику накрывает глобальный кризис. Осенью прошлого года в лондонский офис старейшего британского банка Nothern Rock, считавшегося оплотом надежности, выстроилась очередь из вкладчиков, которые, опасаясь распространения североамериканского кризиса ипотеки, забирали свои деньги. Банкиры в спешном порядке попросили государство о национализации. К апрелю объем списанных активов во всей западной финансовой системе оценивался в $232 млрд, а общие потери по оценке Citigroup на начало апреля составили $1,2 трлн. Вкусный рынок В то же время уровень доходности объектов и проектов в России, образно говоря, служит приглашением инвесторов к "трапезе" на более рискованном, но и более прибыльном рынке. "20% доходности — это беспрецедентно высокий уровень для активов международного класса", — считает замдиректора отдела инвестиционных услуг компании CB Richard Ellis Константин Лысенко. Однако управляющий директор этой компании Даррелл Станафорд в беседе с корреспондентом "Газеты" призвал не поддаваться общим оценкам и привел пример более выгодной сделки в Лондоне, который компанией PriceWaterhouseCoopers записан в аутсайдеры мирового рынка коммерческой недвижимости. "За последний год ставка капитализации при продаже офисного здания сильно повысилась, — сказал он. — У меня лично есть пример этого года, когда этот показатель составил 6-6,5%, тогда как год назад ставка капитализации при продаже аналогичного объекта составила всего 4%". Всегда важны момент входа в сделку и стартовые позиции бизнесмена, подчеркивает управляющий директор. Однако слова эксперта доказывают не только то, что не стоит причесывать все сделки с объектами недвижимости под одну гребенку, но и то, что 6% — это все же не 20%. Но доходность снижается и на российском рынке. На фоне мирового кризиса ликвидности и удорожания кредитных ресурсов и российские банки подняли ставки кредитования девелоперов. И не только. "Не только западные, но и российские банки стали неохотнее и реже давать кредиты, рассматривая проекты под лупой", — сказал один из аналитиков рынка, просивший не упоминать его имени в прессе. По его предположению, за отказами наших банков в кредитах проглядывается желание скупки у девелоперов их проектов. Вице-президент банка ВТБ Александр Ольховский сообщил "Газете", что в результате кризисных явлений на Западе ВТБ поднял ставку для клиентов по проектному финансированию недвижимости с 12 до 18%, впоследствии, впрочем, снизив ее к текущим 15%. Тем не менее управляющий директор компании PriceWaterhouseCoopers Чак Ди Рокко недавно отметил повышенный интерес западных инвесторов к московской недвижимости и к реализации инвестиционно-строительных проектов в российских регионах. А так как доходность при покупке готовых коммерческих объектов снижается, инвесторы готовы рисковать, принимая решения о входе в девелоперские проекты, где доходность гораздо выше. "Если сравнивать объекты уже эксплуатируемые и девелоперские проекты на ранней стадии, то разница в ставках внутренней доходности в течение пяти лет (показатель IRR) в девелоперском проекте будет больше минимум на 10%", — говорит Станафорд. Что же касается рынка купли-продажи объектов коммерческого использования, то сами по себе эти объекты в Москве (да и в России) становятся все менее интересны покупателям, поскольку они, во-первых, подвергаются объективной переоценке, как правило, со снижением классности, а во-вторых, ценность этих объектов — в финансовом потоке, генерируемом торговым центром или офисным зданием. Далеко не каждый реализованный проект на российском рынке формирует денежные потоки, которые по сути и являются товаром при покупке объекта недвижимости. Таков неутешительный вывод экспертов. Качество подкачало "Из 10 проектов на российском рынке 9 ущербны, никуда не годятся", — заявил на прошлой неделе на конференции по проблемам лэнд-девелопмента управляющий директор инвестиционно-девелоперской компании "Алур" Михаил Уринсон. Непрофессионализм, которым болеет российский рынок недвижимости, уже принес первые негативные итоги на фоне роста популярности недоразвитой российской территории. После состоявшегося в марте в Каннах форума MIPIM-2008 по рынку поползли слухи о том, что западные коллеги, раздраженные мишурой богатых презентаций российских участников, готовят им "сюрприз". Им специально выделят время в декабре, для демонстрации "супер-проектов", которые в большинстве своем не воплощаются в жизнь. "Наши уже обиделись на такую неуважуху и никто из крупных девелоперов не поедет в декабре в Канны", — сказал "Газете" один из постоянных российских участников каннской выставки. Тем не менее дефицит коммерческих площадей все равно привлекает в Россию любителей "длинного доллара". Вера иностранных инвесторов в успех поистине удивительна. Особенно если внимательнее следить за высказываниями московских функционеров. Например, председатель комиссии инвестпрограмм совета предпринимателей при мэре и правительстве Москвы Алексей Михеев недавно заявил фактически о пониженном градусе инвестиций в столице. "Бюрократия, бумажная волокита и усложненная процедура согласования девелоперских проектов значительно снизили в последнее время инвестиционную привлекательность строительства в столице, — сказал он. — Москва — не самый рентабельный с точки зрения инвестиций регион. Очень высокая доля города при реализации проектов недвижимости, запрет на точечное строительство, большое количество согласований при строительстве, — все это уже привело к тому, что только около 15% девелоперских проектов в последнее время были закрыты". К кризису качественных проектов и дефициту кадров на российском рынке добавляется не менее серьезная системная проблема, о которой "Газете" рассказал вице-президент Ассоциации строителей России Владимир Пономарев. Эта проблема — низкое качество управления со стороны госорганов. "После бездарной административной реформы оттуда ушли светлые головы, а оставшиеся в своих кабинетах чиновники попросту боятся общаться с подготовленными бизнесменами, которых надо не отлучать, а привлекать к решению государственных задач", — считает Пономарев. Ситуация в российских регионах оптимистичнее, чем Москве. Станафорд уже заметил признаки перегрева рынка в Москве. По его словам, в прошлом году было зарегистрировано очень много сделок с землей, которая теперь лежит в портфеле инвесторов мертвым активом. Поскольку кредитование обходится все дороже, а претензий к качеству проектов все больше, привлечение соинвесторов с Запада или внутри России неизбежно. В этом смысле, сходятся во мнении многие эксперты рынка, нас ожидают интереснейшие события на рынке купли-продажи российской недвижимости в ближайшем будущем. Изменение долларовых цен предложения жилья на вторичном рынке (с учетом жилья элитного и бизнес-класса) в Москве за период с 1 января по 20 апреля Средняя цена, $ за 1 кв. м Прирост, % Монолит, $ за 1 кв. м Прирост, % Панель, $ за 1 кв. м Прирост, % В среднем по городу 7085 18,9 8059 15,8 5759 25,1 ЦАО 9740 12,3 10 008 12,1 7296 18,5 САО

Последний рецепт Попытки подавить инфляцию Минфин, Минэкономразвития и ЦБ предпринимают уже не первый год. В последнее время — безуспешно. Минфин убежден: остановить рост цен необходимо с помощью регулирования монетарных факторов, например установив более жесткий контроль за денежной массой. Однако действия Минфина и ЦБ подчас приводят к обратному эффекту. В частности, для того, чтобы ликвидировать кризис банковской ликвидности, Минфин и ЦБ вкачали в банки деньги госкорпораций и федерального бюджета. Правда, средства госкорпораций и часть свободных средств федерального бюджета получили лишь крупные банки, которые особенно агрессивно вели себя на рынке потребительского кредитования. Но и этого оказалось достаточно, чтобы обеспечить новый инфляционный виток. Крайне неэффективными оказались и действия МЭРТа в немонетарной сфере. Заморозка цен привела к тому, что сетевики, с которыми были заключены соглашения, компенсировали свои потери от заморозки ростом цен на менее социально значимые товары. Кроме того, когда 1 мая цены отпустят, они быстро наверстают упущенное. С тем, что совместные антиинфляционные усилия Минфина, МЭРТа и ЦБ фактически провалились, стали соглашаться даже чиновники. Выступая вчера в Совете федерации, директор сводного департамента макроэкономического анализа и прогнозирования МЭРТа Геннадий Куранов подтвердил, что замораживать цены министерство больше не будет в связи с низкой эффективностью данной меры. Однако сдаваться в МЭРТе не намерены, в ближайшее время на суд правительства будет представлен новый план антиинфляционных мер. Стимулировать сбережения граждан — вот новый рецепт борьбы с инфляцией от МЭРТа. Таким образом, и кредитные учреждения окажутся при деньгах, и граждане не будут тратить лишнее, раскручивая маховик инфляции. Простимулировать граждан к накоплению МЭРТ предлагает путем совершенствования налогообложения на рынке ценных бумаг. "Необходимы льготы по налогу на доходы при долгосрочном инвестировании граждан в ценные бумаги и ПИФы", — заявил Куранов. Кроме того, в планах Минэкономразвития — активное участие населения в накопительных и иных долгосрочных видах страхования, что также даст экономике малоинфляционные длинные деньги. И наконец, Геннадий Куранов считает необходимым повысить эффективность регулирования тарифов на услуги естественных монополий. "Нужна прозрачность инвестиционных программ и операционной деятельности монополий", — говорит он. Back to USSR О необходимости повышения эффективности регулирования тарифов говорили и другие участники круглого стола, правда, рецепты давали разные, даже антирыночные. В частности, научный руководитель Национального института развития отделения общественных наук РАН Сергей Глазьев считает, что единственным шансом для правительства побороть инфляцию может быть "замораживание на три — четыре года цен на тарифы естественных монополий". С Глазьевым не согласился начальник отдела госрегулирования естественных монополий департамента госрегулирования тарифов, инфраструктурных реформ и экономики природопользования МЭРТа Алексей Макрушин: "Мы очень подробно изучили опыт Аргентины, где тарифы были заморожены. В итоге инфляция действительно снизилась, однако и сети (газовые и электрические. — "Газета") стали сыпаться". Однако заморозка по Глазьеву многим участникам круглого стола пришлась по душе. Морозить предлагали все что угодно. Например, директор исполнительной дирекции Российского союза пекарей Валентина Ченских предложила зафиксировать цены на муку, которые только с 22 марта по 12 апреля выросли на 3 тысячи рублей за тонну (с 14 тысяч до 17 тысяч рублей за тонну). Итог дискуссии решил подвести председатель комитета Совета федерации по экономполитике, предпринимательству и собственности Оганес Оганян, который заявил, что отрегулировать цены в России можно, только приняв закон о ценах и ценообразовании в РФ. Предложение сенатора тут же поддержали и развили. Договорились вплоть до необходимости возрождения Госкомцен и Госснаба. На такую инициативу Совета федерации в МЭРТе отреагировали сдержанно. По словам Куранова, "подобные меры несколько преждевременны, сейчас у правительства еще есть другие инструменты и механизмы регулирования цен и тарифов". Осталось только узнать, что будет, когда другие инструменты не дадут желаемого результата: неужели все-таки вернется Госкомцен, а вслед за ним очереди в магазинах? А как бы вы боролись с инфляцией? Анатолий Голов / сопредседатель Союза потребителей России: — В разных областях нужно делать разные вещи, учитывая, что цена — это баланс спроса и предложения. Допустим, в области энергетики надо переходить от сложившейся системы установления цен для монополистов к повышению производительности труда. В частности, стоит устанавливать регулируемые тарифы для энергетиков не так, как они просят, а говорить: используйте новые технологии, добивайтесь снижения затрат. Тогда и будем смотреть, стоит ли цены увеличивать. А без этого их следовало бы скорее уменьшать и налагать штрафы. Потом, простой пример: в Петербурге водоканал подарил городу прекрасный фонтан на стрелке Васильевского острова. Замечательный фонтан, только деньги на него откуда? Из тарифов. То есть в сфере ЖКХ, например, нужно увеличивать ответственность исполнителей за полученные средства. Нужна приемка работ: докажи, что ты сделал то, что было необходимо. Геннадий Кулик / зампред комитета Госдумы по бюджету и налогам (фракция "Единая Россия"): — Я бы все свои силы направил на то, чтобы увеличить производство продуктов, по которым наблюдается дефицит. Прежде всего это относится к молоку и зерну, которого не хватает и из-за которого влияние мирового рынка на нас чрезвычайно высоко. При этом возможность побороть инфляцию, к сожалению, не сиюминутная. Однако это перспектива, крайне важная и для бизнеса, и для покупателя, который будет знать, что какое-то время мы будем испытывать инфляционное давление, но не будет терять надежды на выход на твердую позицию. К примеру, если взять зерно, то мы год просто проговорили. Разве нельзя было принять решение и законтрактовать в апреле в интервенционный фонд 5-6 млн тонн, объявив цену 7 рублей? Выдать тем, кто подпишет соглашение, 50% аванса, что дало бы возможность приобрести удобрения, подкупить технику и расширить посевной клин зерновых, который сократился на 20 млн гектаров? Тогда бы мы могли спокойно обеспечить прирост производства уже в этом году как минимум на 4-5 млн тонн. Вот и выход из положения. Тогда игра государства на рынке приобретает устойчивый и уверенный характер. Вячеслав Панфилов / замдиректора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН: — Первый момент заключается в том, что главный вопрос российской экономики все-таки не инфляция, а проведение разумной экономической политики. Второй момент состоит в том, что денежная политика — отнюдь не единственный инструмент, который может влиять на рост цен, и даже не главный. А третье — что увеличение тех же самых кредитов часто является не инфляционной, а дефляционной мерой. По крайней мере, через определенное время. Например, когда-то правительство пошло на субсидирование процентных ставок в молочном животноводстве. Но при этом выдвигалось требование, чтобы срок окупаемости был семь лет. А так как в расчетах закладывались достаточно низкие цены на молоко, практически не оказалось таких проектов, которые бы в семилетний срок окупались. Соответственно, молочные фермы не были созданы. В результате в прошлом году, когда пошел резкий рост цен на продовольствие, необходимого на рынке предложения не оказалось. Однако если бы мы вели денежно-кредитную политику помягче и давали требования к окупаемости не по семи годам, а, допустим, по десяти, с предложением молока сейчас дела обстояли бы лучше.

Банк "Финам" будет продавать паи в своих инвестиционных фондах, выдавать кредиты под 16% годовых в рублях под залог ценных бумаг (акций для юрлиц и паев ПИФов для физлиц), принимать деньги от населения под 12—13% годовых в рублях. Подразделения банка "Финам" работают в Москве, Пензе, Перми, Казани, Владимире, Санкт-Петербурге, Сургуте, Омске, Набережных Челнах. По данным Кочеткова, в этих городах на "Финам" приходится 50—70% продаж паев ПИФов. Банку удалось получить эту долю на местных рынках в течение 2007 г. (исключая Москву, где он работает с 2005 г.). В Нижегородскую область "Финам" привел стремительный — на 120—130% в год — рост местного рынка, к 2011 г. компания намерена войти здесь в тройку лидеров коллективных инвестиций (брокерские услуги и продажа паев), увеличив свою долю с 5% до 25%, говорит Кочетков. До сих пор с 2005 г. брокерские услуги в Нижегородской области оказывала "дочка" "Финама" — ОАО "Химик-инвест". В 2007 г. обороты нижегородских клиентов превысили 200 млрд руб., в 2008 г. холдинг намерен удвоить этот показатель, сообщил Кочетков. Долю услуг по продаже паев ПИФов в структуре прибыли в Нижегородской области "Финам" к 2011 г. рассчитывает довести до 50%. По мнению директора "Алор-Поволжье" Александра Лужбина, к 2011 г. "Финам" сможет занять не более 15% рынка коллективных инвестиций Нижегородской области. Каждый из ведущих игроков рынка (инвесткомпании "Алор", "Брокеркредитсервис", "Атон", "Тройка диалог") сейчас занимают по 10—15% рынка, предлагают приблизительно одинаковый набор услуг и конкуренция высока, говорит он. С ним соглашаются аналитик "Атона" Ирина Скворцова и директор нижегородского филиала "Брокеркредитсервиса" Михаил Рызлейцев. А развитие продаж паев в инвестфондах Скворцова считает рискованным направлением деятельности. Наметилась тенденция оттока инвестиций из ПИФов: с середины 2007 г. инвесторы вывели из российских ПИФов уже около 7,6 млрд руб., аргументирует Скворцова. Но в Нижегородской области рынок ПИФов в последние два года растет более чем на 100% в год и он сохранит высокие темпы роста в ближайшие года два, возражает Рызлейцев. "Алор" планирует открыть в 2008 г. в Нижнем Новгороде еще три точки продаж финансовых продуктов (сейчас их две), рассказал Лужбин. Другие конкуренты "Финама" не рассказали о своих планах.

Автореферат на основе данных GZT.RU, Интернет-журнал Point.Ru, «Ведомости».

Подобные документы:

ДФК-финанс 2009-2011