Дом Вход Поиск
Аналитика
Курсы
Рынок
Экспорт
Индикаторы
Прогнозы
Forex

17 октября 2008: Бум потребления подорвал российскую экономику

Михаил Юрьевич, насколько серьезен нынешний кризис и как долго он может продлиться? Ключевой вопрос состоит в том, трансформируются ли проблемы с ликвидностью у коммерческих банков — то есть кризис финансовый — в экономический кризис в масштабах всей страны. Сокращение темпов кредитования и невозможность продолжить финансирование уже начатых проектов многими организациями чревато возникновением цепной реакцией в экономике. В худшем сценарии через 6-9 месяцев экономика может столкнуться с рядом проблем, в частности, со снижением темпов роста доходов населения, что в условиях роста темпов инфляции фактически будет означать сокращение спроса населения на продукцию в реальном выражении; сокращением инвестиционного спроса; а в банковской системе — с ухудшением качества кредитного портфеля. По всей видимости, это может привести и к позитивным последствиям, таким как в частности сокращение роста импорта, который в последние годы принял просто угрожающий характер с точки зрения сохранения позитивного платежного баланса. Сопоставимо ли это по масштабам с 1998 годом? Напрямую сопоставлять не стоит. Есть такая поговорка — правительство всегда готовится к прошлому кризису. Данный кризис, я думаю, будет больше похож на кризис в более развитых странах. Фактически он даже не обязательно будет означать экономический спад и сокращение ВВП, он может всего лишь выразится в сокращении темпов роста ВВП до сравнительно низких значений, однако уже этого будет достаточно для того чтобы мы заметили, что экономике нужно перестраиваться на новые рельсы. Россия так или иначе адаптируется из нынешнего перегретого состояния экономики, когда все инвестируют в ожиданиях намного более высоких темпов роста, намного больших прибылей и объемов бизнеса в ситуацию, когда бизнесу приходится подстраиваться к реальности, к тому, каков будет реальный объективный спрос, какие проекты реализуемы, а какие нереализуемы.На нас сильно влияют панические настроения на зарубежных фондовых рынках, хотя Россия еще не сильно включилась в общемировой процесс. Ждать ли в ближайшее время положительных изменений в этой сфере или надо принять, что в мировой финансовой системе идут структурные изменения и без длительного периода времени не обойтись? Я бы вообще призывал не очень внимательно следить за фондовыми индексами, потому что в России так или иначе по большому счету рынок акций не играл решающей роли в финансировании российских компаний. К тому же надо четко понимать, кому достались убытки от падения капитализации российских компаний. Когда говорят, что капитализация, которая достигала более триллиона долларов, а потом потеряла шестьсот-семьсот миллиардов, важно то, что в среднем free float, то, что находится в свободном обращении, составлял порядка 20%. В тоже время из free float порядка 60% так или иначе контролировалось нерезидентами (либо в форме депозитарных расписок российских компаний либо через покупку акций на российских биржах). Остаются еще 40%, из которых значительную часть составляли на самом деле потери очень богатых российских инвесторов, которые часть своих средств вкладывали в фондовый рынок. Есть также потери среди институциональных инвесторов, инвестбанков, но сумма потерь в масштабах тех цифр, о которых мы говорим, на самом деле незначительна, речь идет менее чем о 10% этой суммы. Если говорить о количестве граждан, которые могли быть затронуты, с учетом тех, кто инвестировал в паевые инвестиционные фонды и тех кто вкладывал непосредственно покупая акции на российских биржах через брокеров, то это примерно миллион человек. Фактически масштаб влияния этого индекса на экономику очень сомнителен. Но есть другая сторона фондового рынка. Фондовый рынок — это долговой рынок. Проблема в том, что российский долговой рынок находится в параличе и он находится в параличе уже с прошлого августа. За прошедший год размещения облигаций резко сократились, чем дальше, тем все более становится понятным, что оферты, которые на этом рынке являются самой распространенной практикой, придется гасить и компаниям, которые никогда на это не рассчитывали. Вот это представляет системную проблему, потому что именно долговой рынок используется для финансирования компаний. То же самое можно сказать и рынке банковских кредитов. Банковские кредиты будут намного меньше доступны компаниям, что создаст реальную проблему. Поэтому все опасения должны быть сосредоточены вокруг оживления долгового рынка, а рынок акций восстановится тогда, когда восстановится ситуация в экономике страны. На чем важно сделать упор при восстановлении долгового рынка? Ключевой вопрос в том, в какой степени этот рынок будет восстановлен, и здесь я бы призывал не быть чрезмерным оптимистом. Задача не состоит в том, чтобы обеспечить такие же темпы роста кредитования, какими они были в предыдущий год. Они были абсолютно необоснованными. Более того, те проблемы, которые мы имеем сейчас с ликвидностью банковской системы России, они были связаны именно с тем ростом кредитования, который произошел во второй половине 2007 г. и первой половине 2008 г. Если во всем мире бушует кредитный кризис (а кризис начался в августе 2007, а не 2008 года!), то для российских банков было бы логичным сократить объемы кредитования и копить ликвидность. Что мы видим по статистике российской банковской системы во втором полугодии 2008 года? Темп кредитования увеличился, ликвидность стремительно упала. Так, ликвидность российской банковской системы только в первом полугодии упала в 2 раза по всем коэффициентам. Это означает, что никто не готовился к кризису ликвидности и это один из признаков, что были откровенные пробелы с качеством управления в российских банках. Никто не считал что есть проблемы и что к ним нужно готовиться, все рассчитывали на государство и сейчас государство показало, что на него можно полагаться, однако государственные ресурсы конечны. Сейчас стоит задача обеспечить мягкую посадку, а не продолжать лететь, как ни в чем не бывало. Т.е. если государственные ресурсы будут направлены на то, чтобы мы ничего не заметили, это будет критически неправильно, потому что деньги все равно кончатся, просто посадка будет еще жестче и в отсутствии всяких амортизирующих ресурсов.В этой связи насколько, на Ваш взгляд, адекватны меры, предпринятые сейчас государством? Мне кажется, очень хорошо, что государство так быстро и адекватно отреагировало на возникшую угрозу. Но у меня сложилось впечатление, что некоторые из этих мер, как это ни странно, чересчур ранние. Например, рекапитализация российской банковской системы в данный момент правильна, потому что через 6-9 месяцев мы можем столкнуться с намного большим объемом просроченной задолженности банковской системы России. В этой ситуации рекапитализация нужна, но проблема в том, что главная причина рекапитализации — это сохранение темпов роста кредитования. Затем, создание фонда по выкупу проблемных активов — это очень правильная мера в том случае, если у банков много этих проблемных активов, если их пока еще мало, то на что мы будем выкупать, когда эти активы появятся?


Михаил Юрьевич, насколько серьезен нынешний кризис и как долго он может продлиться? Ключевой вопрос состоит в том, трансформируются ли проблемы с ликвидностью у коммерческих банков — то есть кризис финансовый — в экономический кризис в масштабах всей страны. Сокращение темпов кредитования и невозможность продолжить финансирование уже начатых проектов многими организациями чревато возникновением цепной реакцией в экономике. В худшем сценарии через 6-9 месяцев экономика может столкнуться с рядом проблем, в частности, со снижением темпов роста доходов населения, что в условиях роста темпов инфляции фактически будет означать сокращение спроса населения на продукцию в реальном выражении; сокращением инвестиционного спроса; а в банковской системе — с ухудшением качества кредитного портфеля. По всей видимости, это может привести и к позитивным последствиям, таким как в частности сокращение роста импорта, который в последние годы принял просто угрожающий характер с точки зрения сохранения позитивного платежного баланса.
Сопоставимо ли это по масштабам с 1998 годом? Напрямую сопоставлять не стоит. Есть такая поговорка — правительство всегда готовится к прошлому кризису. Данный кризис, я думаю, будет больше похож на кризис в более развитых странах. Фактически он даже не обязательно будет означать экономический спад и сокращение ВВП, он может всего лишь же выразится в сокращении темпов роста ВВП до сравнительно низких значений, однако уже этого будет достаточно для того чтобы мы заметили, что экономике нужно перестраиваться на новые рельсы. Россия так или иначе адаптируется из нынешнего перегретого состояния экономики, когда все инвестируют в ожиданиях намного более высоких темпов роста, намного больших прибылей и объемов бизнеса в ситуацию, когда бизнесу приходится подстраиваться к реальности, к тому, каков будет реальный объективный спрос, какие проекты реализуемы, а какие нереализуемы.
На нас сильно влияют панические настроения на зарубежных фондовых рынках, хотя Россия еще не сильно включилась в общемировой процесс. Ждать ли в ближайшее время положительных изменений в этой сфере или надо принять, что в мировой финансовой системе идут структурные изменения и без длительного периода времени не обойтись? Я бы вообще призывал не очень внимательно следить за фондовыми индексами, потому что в России так или иначе по большому счету рынок акций не играл решающей роли в финансировании российских компаний. К тому же надо четко понимать, кому достались убытки от падения капитализации российских компаний. Когда говорят, что капитализация, которая достигала более триллиона долларов, а потом потеряла шестьсот-семьсот миллиардов, важно то, что в среднем free float, то, что находится в свободном обращении, составлял порядка 20%. В тоже время из free float порядка 60% так или иначе контролировалось нерезидентами (либо в форме депозитарных расписок российских компаний либо через покупку акций на российских биржах). Остаются еще 40%, из которых значительную часть составляли на самом деле потери очень богатых российских инвесторов, которые часть своих средств вкладывали в фондовый рынок. Есть также потери среди институциональных инвесторов, инвестбанков, но сумма потерь в масштабах тех цифр, о которых мы говорим, на самом деле незначительна, речь идет менее чем о 10% этой суммы. Если говорить о количестве граждан, которые могли быть затронуты, с учетом тех, кто инвестировал в паевые инвестиционные фонды и тех кто вкладывал непосредственно покупая акции на российских биржах через брокеров, то это примерно миллион человек. Фактически масштаб влияния этого индекса на экономику очень сомнителен. Но есть другая сторона фондового рынка. Фондовый рынок — это долговой рынок. Проблема в том, что российский долговой рынок находится в параличе и он находится в параличе уже с прошлого августа. За прошедший год размещения облигаций резко сократились, чем дальше, тем все более становится понятным, что оферты, которые на этом рынке являются самой распространенной практикой, придется гасить и компаниям, которые никогда на это никогда не рассчитывали. Вот это представляет системную проблему, потому что именно долговой рынок используется для финансирования компаний. То же самое можно сказать и рынке банковских кредитов. Банковские кредиты будут намного меньше доступны компаниям, что создаст реальную проблему. Поэтому все опасения должны быть сосредоточены вокруг оживления долгового рынка, а рынок акций восстановится тогда, когда восстановится ситуация в экономике страны.
На чем важно сделать упор при восстановлении долгового рынка? Ключевой вопрос в том, в какой степени этот рынок будет восстановлен, и здесь я бы призывал не быть чрезмерным оптимистом. Задача не состоит в том, чтобы обеспечить такие же темпы роста кредитования, какими они были в предыдущий год. Они были абсолютно необоснованными. Более того, те проблемы, которые мы имеем сейчас с ликвидностью банковской системы России, они были связаны именно с тем ростом кредитования, который произошел во второй половине 2007 г. и первой половине 2008 г. Если во всем мире бушует кредитный кризис (а кризис начался в августе 2007, а не 2008 года!), то для российских банков было бы логичным сократить объемы кредитования и копить ликвидность. Что мы видим по статистике российской банковской системы во втором полугодии 2008 года? Темп кредитования увеличился, ликвидность стремительно упала. Так, ликвидность российской банковской системы только в первом полугодии упала в 2 раза по всем коэффициентам. Это означает, что никто не готовился к кризису ликвидности и это один из признаков, что были откровенные пробелы с качеством управления в российских банках. Никто не считал что есть проблемы и что к ним нужно готовиться, все рассчитывали на государство и сейчас государство показало, что на него можно полагаться, однако государственные ресурсы конечны. Сейчас стоит задача обеспечить мягкую посадку, а не продолжать лететь, как ни в чем не бывало. Т.е. если государственные ресурсы будут направлены на то, чтобы мы ничего не заметили, это будет критически неправильно, потому что деньги все равно кончатся, просто посадка будет еще жестче и в отсутствии всяких амортизирующих ресурсов.
В этой связи насколько, на Ваш взгляд, адекватны меры, предпринятые сейчас государством? Мне кажется, очень хорошо, что государство так быстро и адекватно отреагировало на возникшую угрозу. Но у меня сложилось впечатление, что некоторые из этих мер, как это ни странно, чересчур ранние. Например, рекапитализация российской банковской системы в данный момент правильна, потому что через 6-9 месяцев мы можем столкнуться с намного большим объемом просроченной задолженности банковской системы России. В этой ситуации рекапитализация нужна, но проблема в том, что главная причина рекапитализации — это сохранение темпов роста кредитования. Затем, создание фонда по выкупу проблемных активов — это очень правильная мера в том случае, если у банков много этих проблемных активов, если их пока еще мало, то на что мы будем выкупать, когда эти активы появятся?
На сколько хватит резервов и будет ли, на Ваш взгляд, государство еще прибегать к их использованию в дальнейшем?

Красноярский арбитражный суд 7 ноября рассмотрит иск УК "Тройка диалог" и ее структуры Roinco Enterprises Limited к "Алпи-инвест" (эмитент облигаций) и поручителям займа — "Алпи", ООО "Птицефабрика "Сибирская губерния" и ОАО "Птицефабрика „Сибирская губерния", сообщается на сайте суда. Управляющий портфелями паевых фондов УК „Тройка диалог" Олег Ларичев и руководитель управления долговых инструментов ИК „Тройка диалог" (организатор займа) Павел Соколов отказались назвать сумму иска. Вице-президент „Алпи" Андрей Граванов говорит, что „Тройка" — крупнейший держатель облигаций компании с пакетом в 198 млн руб. С учетом долга по 4-му купону (10,99% годовых, срок выплаты — 22 августа) „Алпи" должна „Тройке" около 209 млн руб. По словам Граванова, у бумаг „Алпи" около 50 держателей. „Тройка" — первый кредитор, обратившийся в суд. С остальными „Алпи" пытается договориться о рассрочке по выплате долга на 2,5 года. Компания вела переговоры и с „Тройкой". Иск от „ближайшего партнера" стал „абсолютной неожиданностью", говорит Граванов. Соколов утверждает, что предложений о реструктуризации долга от „Алпи" не поступало. Дебютный выпуск трехлетних облигаций на 1,5 млрд руб. „Алпи-инвест" разместила в августе 2006 г. 26 августа 2008 г. к оферте был предъявлен почти весь выпуск — 1,44 млрд руб. В тот день компания не исполнила оферту целиком, затем 9 и 10 сентября частично выкупила бумаги: на 495,14 млн и 178 000 руб. Портфельный менеджер УК „Ак барс капитал" Максим Бугульминский говорит, что его компания тоже подала иск на 40,73 млн руб. к „Алпи" в красноярский арбитраж, но дата рассмотрения еще не назначена. Управляющий активами „Максвелл эссет менеджмент" (облигаций „Алпи" на 10 млн руб.) Георгий Ельцов говорит, что до конца недели определится, подавать ли иск, а пока продолжает переговоры о реструктуризации долга. В конце сентября, после полного дефолта по облигациям, „Алпи" сообщила, что предлагает инвесторам рассрочку платежа с сохранением выплат по купону „в размере не ниже 18%". Вчера Граванов отказался сообщить, на каких условиях сейчас „Алпи" договаривается с кредиторами. По его словам, условия „индивидуальны". Бугульминский и Ельцов утверждают, что им предлагали беспроцентную рассрочку на 2,5 года и это их не устроило. Накануне оферты „Алпи" продала фонду „Тройки диалог" торговый центр в Новосибирске площадью 23 500 кв. м „за 1,1-1,6 млрд руб.", сообщали партнеры в пресс-релизе. Компания собиралась продать и другие непрофильные активы (у „Алпи" есть банк и более 500 000 кв. м недвижимости в Сибири), но не успела. Ни одной новой сделки до сих пор не произошло, говорит Граванов. Банковский кредит сейчас взять невозможно, продолжает он. Граванов не исключает, что компании придется гасить задолженность только за счет текущей деятельности, на что потребуется около двух лет. Сейчас у компании денег нет, но рассмотрение иска „Тройки" займет несколько месяцев и к тому времени „Алпи" сможет аккумулировать 200 млн руб., обещает топ-менеджер. Управляющий партнер AST Legal Анатолий Юшин говорит, что времени у „Алпи" меньше: „Иски о взыскании задолженности к находящимся в дефолте компаниям рассматриваются, как правило, довольно быстро — в течение месяца, максимум двух — и удовлетворяются в 90% случаев". Если должник не будет исполнять решение суда добровольно, следует ожидать подачи иска о банкротстве, добавляет он. Иск „Тройки" — сигнал для других держателей облигаций „Алпи", теперь и „остальные подтянутся", считает аналитик „Велес капитала" Иван Манаенко. По его мнению, надежда на то, что „Алпи" все-таки рассчитается, еще есть: у компании много недвижимости.

1. Никакой паники. Она только усугубит ситуацию. Если вы вслед за соседом побежите в банк снимать деньги с вклада, за вами устремиться весь дом, затем улица, район и город. Такую атаку большинство банков едва ли выдержат. Помните: вклады до 700 тысяч выплачиваются полностью. В случае банкротства вашего банка, деньги вы сможете получить через две недели после "падения". Их будут выдавать в одном из банков вашего региона. В каком именно — можно узнать на сайте Агентства по страхованию вкладов www.asv.org.ru или по телефону горячей линии 8 800 200 08 05) 2. Не стоит фиксировать убытки. Продавать акции сегодня или забирать деньги из ПИФов — дело бессмысленное. Потери слишком велики. Если вы сможете обойтись без этих денег, оставьте их там, куда вложили. Рано или поздно рынок вырастет. Правда, когда это произойдет, никто пока сказать не может. 3. Разберитесь с долгами. Сейчас не лучшее время занимать или давать деньги в долг. Ставки по кредитам до конца года могут вырасти от 2 до 5%. Причем теперь практически во всех кредитных договорах есть пункт, позволяющий банку при наступлении ряда случаев повышать процентную ставку без согласования с клиентом. Если вы уже заняли деньги у банка, обратите внимание на наличие подобной лазейки в вашем договоре. Если она есть — лучше поднапрячься и погасить кредит. 4. Копите деньги. Откажитесь на время от дорогостоящих покупок. На возражения, что накопления "сожрет" инфляция, эксперты отвечают: если спрос на товары и услуги упадет, цены пойдут вниз. 5.Учитесь экономить. Цены пока растут, а вот повышение зарплат в большинстве компаний либо вообще не будет, либо будет незначительным. 6. Проштудируйте Трудовой кодекс. В ряде компаний уже начались сокращения. В группе риска банки, инвестиционные, страховые, строительные компании, те фирмы, которые активно занимали деньги за рубежом. Учтите, что о сокращении вас должны предупредить за 2 месяца, в день увольнения — выдать пособие в размере месячного заработка, в течение двух следующих месяцев выплачивать такую же сумму, если вы не устроитесь на работу и зарегистрируетесь на бирже труда.

На днях Минэкономразвития направило в Минфин поправки по снижению налоговой нагрузки, рассказал помощник министра Эльвиры Набиуллиной Сергей Беляков . Они подготовлены по итогам совещания в середине сентября у президента Дмитрия Медведева. Поправки (их текст есть у "Ведомостей") предлагают освободить от налогов доходы граждан от продажи принадлежавших им более года обращающихся на фондовом рынке ценных бумаг и паев в ПИФах. Но льгота коснется не всех доходов: максимальный вычет — 10 млн руб. Чиновник Минфина считает вычет слишком высоким. Мера обсуждалась, рассказал "Ведомостям" руководитель ФСФР Владимир Миловидов, но такой крупный имущественный вычет требует обоснования: "Нужно определить, кого мы хотим стимулировать — розничного инвестора или довольно крупных частных владельцев". Это позитивная новость, которая может привлечь клиентов на рынок и в ПИФы, радуется содиректор направления "Персональные инвестиции и финансы" "Тройки диалог" Андрей Звездочкин. С января по сентябрь чистый отток средств из ПИФов составил 16,7 млрд руб., но в перспективе число пайщиков ПИФов будет расти до 5-6 млн человек (сейчас — около 400 000). В сентябре на ММВБ объем сделок физлиц с акциями составил 646,6 млрд руб., с корпоративными облигациями — 4,3 млрд. Получат льготы и холдинги: будут смягчены условия освобождения дивидендов от налога на прибыль. Минэкономразвития предлагает убрать требование о минимальной цене пакета (сейчас — свыше 500 млн руб.), снизить вдвое размер минимального пакета акций — до 25%, сохранив годичный срок владения им. Нельзя будет по-прежнему применять льготы к дивидендам офшорных "дочек". От налога на прибыль Минэкономразвития предлагает освободить и доходы от продажи таких пакетов акций и долей. Выпадающие доходы от каждой из мер ведомство оценило в 0,1% ВВП (по 50,8 млрд руб.). Также предполагается утроить с 2010 г. амортизационную премию до 30% для 3-7-й амортизационных групп (срок полезного использования — 3-20 лет). Применить ее можно будет только по вновь вводимым объектам. Для остальных групп, а также для применяющих нелинейный метод амортизации компаний премия останется на уровне 10%. Минэкономразвития ожидает, что утроенная премия будет использоваться на уровне 35% (сегодня — 23%), и оценило потери бюджета в 0,17% ВВП (87 млрд руб.) в 2010 г. и 0,18% ВВП (104 млрд руб.) в 2011 г. Ведомство смоделировало три сценария ее применения и потерь казны (см. таблицу). 30% — предельный уровень, который можно и снизить, говорит чиновник Минфина. Ее размер может быть уточнен, признает Беляков. По оценке представителя "Лукойла" Геннадия Красовского, нефтяная отрасль сэкономит благодаря этой мере $500-600 млн в год. Еще одна поправка обрадует недоимщиков. "Компании не должны воспринимать налоговые претензии как повод для истерики и банкротства", — говорит замминистра экономического развития Станислав Воскресенский. Минэкономразвития хочет с 2009 г. запустить механизм рассрочки или отсрочки уплаты налогов. На срок более года ее будет предоставлять министр финансов (на это ему дается 20 дней), менее — инспекция компании. Максимальный срок отсрочки и рассрочки — 10 лет. Впрочем, в законопроекте пока не указано, какую сумму недоимки предлагается реструктурировать. Президент и совладелец торговой сети "Эльдорадо" Игорь Яковлев приветствует эту поправку. У ТНК-ВР (в 2006 г. акционеры погасили претензии на 22,5 млрд руб.) нет сейчас крупных доначислений, говорит замдиректора судебного департамента "ТНК-ВР менеджмент" Эдуард Годзданкер, но "для компаний будет удобно", если они смогут получить отсрочку, а затем оспорить претензии в суде. Возможно, потребуется уточнить норму об оспаривании суммы недоимки в суде после принятия решения об ее рассрочке, добавляет Беляков. В подготовке статьи участвовали Александр Тутушкин и Татьяна Романова

Автореферат на основе данных «Интерфакс», «Ведомости», «Аргументы и факты».

Подобные документы:

ДФК-финанс 2009-2011